Из небытия - Анастасия Шадрина
– Да, – тихо ответил он и заключил её в крепкие объятия, гладя по спутанным волосам. – Твой кошмар закончился.
Она закрыла глаза, уткнувшись лбом в его грудь, и прошептала едва слышно:
– Я всё вспомнила… всё…
– Тише, – сказал Эйдан, прижимая её крепче. – Идём отсюда. Ты вся продрогла.
Он снял свой плащ и бережно накинул его ей на плечи. Поддерживая за талию, помог подняться. Она была слаба, но выглядела уже намного лучше. Взгляд Эйдана упал на окровавленное месиво, что осталось от Райнарда. В его глазах промелькнуло полное безразличие. Подойдя ближе, он провёл рукой над обезображенным телом. В ответ вспыхнуло пламя. Оно охватило останки, и вскоре от искарёженной плоти осталась лишь горстка пепла, которую сквозняк развеял по полу. Эйдан медленно повернул голову в сторону Хестера.
– Я могу сделать то же самое с ним, – холодно произнёс он.
– Нет, – ответила Ирис.
Она шагнула к нему. Хестер в панике попятился назад, пока не упёрся в холодный камень. Его взгляд метался, в нём смешались ужас и мольба.
– Его оставь мне. Я так просто не дам ему сдохнуть.
Ирис приблизилась к нему вплотную. В её глазах зажглась неумолимая ненависть. Кончиками пальцев она коснулась его виска. Тонкая искра пробежала по руке, и в следующий миг из пальцев сорвался электрический разряд. Хестер выгнулся в судороге, глаза закатились, и он с глухим стоном потерял сознание, обмякнув у стены. Ирис глубоко вдохнула и повернулась к Эйдану.
– Я очень устала… Пойдём в мою комнату. Нас там никто не потревожит. Мне многое нужно тебе рассказать.
Они сидели в креслах напротив друг друга у камина. Огонь в очаге мерно трещал, освещая их лица тёплым светом. Ирис укуталась в шерстяной плед, но никак не могла прогнать холод, засевший внутри. Эйдан не отводил взгляда и молча слушал её. Она говорила долго, её голос то дрожал, то становился отстранённым, словно она заново проживала последние мгновения своей прошлой жизни.
Наконец, Ирис глубоко вдохнула, вытерла влажные глаза тыльной стороной ладони и с горечью спросила:
– Ты знал о демоне?
– Да, но не предполагал, кем именно он окажется, – глухо ответил Эйдан, медленно качнув головой.
– Откуда ты узнал обо мне? – поинтересовалась она, обняв себя за плечи.
– О тебе сохранились упоминания в архивах, о твоём таланте, о том, какой вклад ты внесла в объединение разрозненных кланов при Альдреде, сражаясь в рядах армии.
Ирис сжала губы. В её голосе прорезалась горечь:
– Почему же никто ничего не предпринял, после того, что произошло со мной и Шеймусом?
– Вечность Света… они выставили всё так, будто это в тебя вселился демон. А во время изгнания, когда он якобы пытался вырваться, энергия вышла из-под контроля. Храм рухнул, и тебя объявили погибшей под завалами.
– Как отец и Альдред могли поверить в подобную чушь? – она прыснула нервным смешком, в котором слышалось отчаяние.
– Слова священников подтвердил твой сын… – осторожно сказал Эйдан. – Но Томас Гримхарт не поверил. Он утверждал, что именно душой внука завладел демон, а ты пала, когда пыталась спасти его. Альдред счёл, что архимаг сошёл с ума от горя, и отстранил его от должности. После этого о твоём отце в хрониках больше нет упоминаний.
Ирис опустила голову и сжала пальцы в кулаки так сильно, что на ладонях остались вмятины от ногтей.
– А Шеймус? – тихо спросила она.
– Когда он вырос, то занял пустующую должность архимага. Был преданным членом культа и… умер в возрасте тридцати лет.
– Вот оно что… – Ирис закрыла глаза, позволив себе на миг провалиться в раздумья. – И где же его демоническое могущество? – горько усмехнулась она.
Эйдан чуть приподнял бровь и ответил глухо, с тенью отрешённости в голосе:
– Думаю, Каэрнос находиться в ожидании чего-то. Для демонов триста лет – всего лишь миг. Их планы не измеряются человеческой жизнью.
– Это я виновата… – Ирис прикрыла лицо руками, плечи её дрогнули. – Я могла всё закончить. Но дала волю чувствам.
– Ты слишком строга к себе, – мягко произнёс некромант. – Демон выбрал самое коварное оружие – тело твоего ребёнка. Мало кто на твоём месте смог бы побороть привязанность. Это не слабость, Ирис… Это твоя человечность. Именно это нас и отличает от тварей Хаоса. Если бы ты поступила иначе… ты перестала бы быть собой, – он на миг замолчал, задумчиво нахмурив лоб. – Сейчас нужно думать о другом. Как найти демона. Понять его мотивы, – голос некроманта стал холоднее, сосредоточеннее. – Исходя из того, что мы имеем, я предполагаю: Архонт Света и есть Каэрнос. Его силы никто не ощущает лишь потому, что он скрывает их под рутеновой маской, которую всегда носит, маскируя её под серебро.
– А я в тот раз почувствовала его силу, потому что уже сталкивались с ней, – произнесла негромко Ирис.
– Верно, – кивнул Эйдан, одобряя её мысль. – Культисты, за несколько веков, успели вычеркнуть своё прежнее название из летописей, чтобы вызывать больше доверия у народа. Им нужно было казаться хранителями света, а не его угнетателями.
– Всё это неспроста, – Ирис задумчиво провела пальцами по виску, слова Эйдана отозвались в ней с тревогой. – Тот инквизитор… Лиран, помниться. Он до сих пор находится под стражей?
– Да. Ждёт своего звёздного часа. И, кажется, он настал, – в уголках губ некроманта мелькнула мрачная ухмылка. – Ему предстоит ответить на многие мои вопросы.
Между ними повисла тишина. Ирис откинулась на спинку кресла, позволив телу на миг расслабиться, и пристально посмотрела на Эйдана.
– Ты осознавал, что написанное в летописях про меня, как нелепый абсурд, окажется правдой?
Эйдан чуть приподнял уголок губ в усмешке и встретил её взгляд без тени смущения:
– Ты здесь только благодаря моему любопытству. Вся эта история с тобой была слишком странной, и в ней зияло много несостыковок. Я решил, что для своего первого эксперимента, именно ты удостоишься чести быть воскрешённой, – он наигранно наклонил голову в её сторону, будто дразня.
Ирис, долго пребывавшая в мрачном, тяжёлом состоянии, вдруг тихо рассмеялась. Она опустила взгляд на кольцо и задумчиво провела большим пальцем по рубину.
– Я чуть с ума не сошла. Без этого кольца я слышала тысячи разных шёпотов. Духи тянулись ко мне со всех сторон.
– Извини, – Эйдан тяжело вздохнул. – Я и сам не знал, что кольцо будет помогать синхронизировать твою душу с телом.
Ирис вскинула на него взгляд и чуть прищурилась:
– Не знал… но всё же явился посреди ночи, чтобы вручить его мне?
Эйдан замер, её слова застали его врасплох. На секунду он отвёл глаза в сторону, и лишь после короткой паузы, уже более мягко, ответил:
– В первую очередь я хотел увидеть тебя. Убедиться, что с тобой всё в порядке.
Её дыхание на миг сбилось. Ирис не нашла, что ответить сразу: сердце болезненно кольнуло от неожиданного признания. Она замялась и сжала губы.
– Я благодарна за это, но… Тебе лучше сейчас уехать. В столице тебя ждёт Луиза… – в её голосе прозвучала печаль. – Это правда, что она в положении?
– Да, – произнёс он тихо. – Луиза хотела объявить об этом на дне рождения, но людская молва всегда опережает время.
Ирис заставила себя натянуть улыбку, которая больше походила на болезненную маску, и произнесла:
– Тогда я вас поздравляю.
В груди разгорелся огонь тоски, который не находил выхода. Каждый раз, когда они с Эйданом тянулись друг к другу, между ними вставала невидимая стена. Стена обстоятельств, долга, чужих судеб, что ломала их порывы ещё до того, как они касались друг друга. Им обоим было горько, почти невыносимо знать, что сердце ищет тепла, но всякий раз разбивается о холод преграды. В наступившем молчании их разговор подошёл к концу, оставив после себя лишь острое осознание того, что они пленники своих собственных чувств.
После
